Капля вина на черном бархате

Спросите меня: какой спектакль в уходящем году дал мне ощущение открытия и потрясение? И я скажу: Киевский театр на левом берегу Днепра – и киевская инсценировка Луиджи Пиранделло.

А было так. В Израиль приехал Киевский государственный академический театр драмы и комедии на левом берегу Днепра. Событие довольно громкое, совсем не рядовое по всем статьям: и сам этот театр, и город Киев стоят не на последнем месте в мировой театральной табели о рангах. Украинские гости выбрали для израильских гастролей театральную фантазию с текстами Нобелевского лауреата Луиджи Пиранделло. И сыграли тихий и некокетливый, мудрый и глубокий спектакль – «Немного вина…или 70 оборотов». Густое кружево из монологов беспрецедентного автора (а Луиджи Пиранделло – автор совершенно уникальный, ни на кого не похожий) разворачивается на темной сцене. Золотое шитье свечей рифмуется с разговором на вечные темы и задушевными монологами о самых непостижимых вещах. Новеллы слиты в единую линию – как нотки в партитуру. И – никто не пытается развлечь и умилить публику. Cмысл такой: умеете думать, не разучились – вот вам наша история. Не умеете слышать и слушать – ваше право, мы вам ни к чему, тем более, что умственную жвачку нынче добыть проще простого.

Пиранделло никогда не писал такую пьесу - «Немного вина…». Его рассуждения о жизни, заметки беспокойного сердца и ума собрал воедино талантливый режиссер Дмитрий Богомазов. Любимый писатель словно откликнулся режиссеру – и будто протянул издалека руку.

Спектакль Дмитрия Богомазова идет в Киеве уже почти пятнадцать лет. Его много хвалили, театр возил эту работу на зарубежные гастроли. Во Францию, например. И, казалось бы, совершенно несозвучный эпохе перемен и превращений, безумному бегу телетайпной ленты и воплям разрушителей этот неспешный и раздумчивый разговор о жизни, ее трагичности и загадочности, все живет и не умирает. И на него ходят зрители, и актерам снова и снова удается удивлять, вочеловечивать и оживлять иронично –серьезные сентенции Пиранеделло.

… На сцене трое. Александр Ганноченко, Виталий Линецкий и Владимир Цывинский. Три больших мастера театра. Три рассказчика, три лицедея. Каждый играет, нет, проживает много персонажей. Сцена и пуста – и переполнена людьми. В глубине бродят отзвуки мелодии, кого-то окликают – и самые сувенирные-универсальные припевки на итальянском языке тепло и проникновенно сопровождают насыщенную концентрацию удивительных мыслей. Итальянцы пьют вино – и угощают зрителей. «Немного вина!» - радушно и мелодично возвещает Виталий Линецкий, раздавая бокалы. Зрители осторожно берут вино. Тонкая ниточка тянется от сцены к залу. Странно… Мы – это то, что мы в себя вливаем, да? Нет? Попробуем проверить. Мир трагично- одинокого итальянца парадоксален, в нем так горько ощущается пустота, отчужденность (задолго до Альбера Камю уроженец Сицилии Луиджи Пиранделло сказал свое слово о «чужих», сам себя определил, как «чужого»)… Фразы пиранделловского текста – капельки света, частицы природы. Спектр широк – спектакль лаконичен. Театральное время очень концентрированное – каждый миг притянут к другим мыслями, мыслями. Смерть и жадность, старость и неуютная жизнь, встреча с болезнью, осознание пустоты, которую хочется наполнить хотя бы наблюдением за другой жизнью – все здесь рядом. Коперник и вращение земли, путь человечества - куда? Вперед? Вверх? Незамысловатая история о прижимистом адвокате – и печальная новелла о бескомпромиссном и неумолимом времени.
Этот спектакль чем-то похож на вино – терпкое и подчиняющее своей власти.

Режиссеру удалось выстроить тончайшую художественную конструкцию. Неторопливо и интеллигентно высветить стиль и воспроизвести логику неординарного автора – мыслителя. Я не зря сказала, что ансамбль трех блестящих солистов – Александра Ганноченко, Виталия Линецкого и Владимира Цывинского – являет собой художественное открытие. Надо просмотреть километры и киловатты трудов профессиональных лицедеев, разбиться о злые камни многочисленных формальных антреприз, чтобы оценить этот ярчайший актерский коллектив.

Богат и славен театр, имеющий в труппе таких мастеров. Благородный и безукоризненный рисунок очень разных ролей Александра Ганноченко, его красивая, наполненная многими тембрами речь, обаяние и аристократизм, хитроватая изысканность и пластичность, свежесть интонаций Виталия Линецкого, живая, ртутная, неожиданная природа реактивного и безоговорочно-сосредоточенного на режиссерской задаче (недаром он уже ставит свои спектакли) Владимира Цывинского… Художник-постановщик спектакля Александр Друганов нашел лаконичное и убедительное решение – круглый стол, бархат, нежный блеск бокалов, в финале –свечи, свечи. Грустные и торжественные. Если допустить, что эстафета многозначной метафоры и душевного беспокойства может быть передана со сцены, то воля и сердце Дмитрия Богомазова и его баснословных актеров эту эстафету нам доставили.

Киевляне показали глубокий и неординарный спектакль. Неожиданный, несущий человечный и философский смысл.

Небо над нами – как непроницаемая слюда. Души людские странно разъединены под его вечным сиянием. Будем сострадать и вопрошать, и жить, и капля вина (алая, как кровь) сверкнет в свете прожектора.

Портал ISRAland - израильские новости

Капля вина на черном бархате