Гороскоп каждую неделю
Ирану не удалось экспортировать свою революцию в соседние страны после того, как аятолла Хомейни захватил власть в далеком 1979 году, пишет обозреватель «Халидж Онлайн» Махмуд Джабар. Тогда экспорт революции сумел остановить Ирак. Сегодня, в 37-ю годовщину исламской революции, Иран продолжает попытки навязать свою модель странам региона. Очередная годовщина революции прошла на фоне снятия санкций Запада с Исламской Республики, вмешательства Тегерана в дела соседних арабских стран и разгара парламентских выборов, которые будут иметь решающее значение для президента Хасана Роухани и его "партии" реформаторов (запланированы на 26 февраля – ред.).
В одном из своих недавних выступлений Роухани заявил, что «консерваторы, реформаторы и умеренные силы - все они являются революционерами, и нам необходимо восстановить язык революции». Президент отметил, что «Исламская революция» является основой и принципом всех иранских политических сил, которые борются за власть в стране.
Махмуд Джабар отмечает, что влияние иранской революции нарастает и ее разрушительные последствия чувствуются в Сирии, Ливане, Ираке и Персидском заливе. В этих странах Тегеран, используя шиитское население в качестве "пятой колонны", провоцирует дестабилизацию и кровавые конфликты.
В прошлом году, во время торжеств по случаю «Исламской революции», командир корпуса «аль-Кудс», специализирующегося на зарубежных операциях, генерал Касем Сулеймани заявил об успехе «экспорта революции»: «Четко видно, что революция достигла Йемена, Бахрейна, Сирии, Ирака и даже Северной Африки». Генерал тогда отметил, что это одно из крупнейших достижений революции.
Создатель иранской теократической модели аятолла Хомейни постоянно призывал «повторить опыт иранской революции и в других мусульманских странах». Это, по его мнению, должно было стать «первым шагом на пути создания единого мусульманского государства с центром в Тегеране, чтобы противостоять врагам ислама на Востоке и на Западе».
В Тегеране неоднократно подчеркивали, что Исламская Республика Иран не будет чувствовать себя в безопасности, пока подобные революции не прокатятся по всему исламскому миру.
По мнению политолога и эксперта по иранским делам Висама Кубаиси, мечта об экспорте революции в Иране возродилась с новой силой после вторжения Саддама Хусейна в Кувейт в 1990 году. Иракский диктатор во время восьмилетней иракско-иранской войны сумел резко ограничить амбиции Тегерана, а затем восстановил их после нападения на Кувейт. Эксперт объясняет, что в результате оккупации Кувейта и войны по его освобождению, Ирак, как «охранник восточных границ арабской нации», резко ослаб.
Это позволило Ирану начать «запускать щупальца» в арабские страны. Однако, по словам Висама Кубаиси, сегодня мы видим «арабское пробуждение» и осознание странами региона истинных целей Тегерана. «Пробуждение арабских стран», особенно в Персидском заливе, грозит срыву проекта Хомейни, уверяет эксперт.
Он считает, что Иран понес значительные потери в Сирии и Ливане, поэтому и обратился за помощью к России, интересы которой сегодня совпадают с иранскими. Кубаиси констатирует, что снятие санкций не поможет Тегерану в распространении революции, ведь для реализации столь глобального проекта нужны средства, которых вследствие низких цен на нефть становится все меньше и меньше. Висама Кубаиси считает, что и арабские страны могут использовать в своих целях этнические противоречия в самом Иране, акцентировав внимание на богатой нефтью провинции Хузестан, населенной преимущественно арабами. Если это удастся, Иран потеряет источник доходов, свои позиции в Персидском заливе, а вопрос «экспорта революции» будет закрыт навсегда.
Следующая
Предыдущая
