Гороскоп каждую неделю
Состоявшаяся 12 февраля на Кубе встреча глав двух церквей касалась не только религии, речь, прежде всего, шла о политике, сообщают Райд Стендиш и Бенджамин Солоуей в статье для Foreign Policy.
Римская католическая и православная церкви раскололись почти тысячу лет назад, задолго до того как на Кубе узнали о христианстве, до того как в Европе узнали о Кубе, и до того как появилась Россия, не говоря уже об отдельной Русской православной церкви. Тем не менее, в пятницу, 12 февраля, в аэропорту Гаваны развернулась необычная сцена: папа Франциск и Патриарх Кирилл обнялись, троекратно поцеловались, а затем провели двухчасовую встречу, после которой они выступили с совместным заявлением, состоящим из 30 пунктов. В этом заявлении речь шла речь о будущем христианства в Европе, положении христиан на Ближнем Востоке и спорных отношениях двух церквей в Украине. Открывает список, озвученная как Москвой, так и Римом, озабоченность судьбой христиан, проживающих в Сирии и Ираке. В политических кругах ведутся дебаты о том, действительно ли христиане в этом регионе подвергаются геноциду, но католики и православные высказали единое мнение по этому вопросу. Тем не менее, Москва и Рим не могут прийти к согласию по поводу ближневосточной политики.
Русская православная церковь во всеуслышание выказала свою поддержку военной кампании России в Сирии. Ватикан же придерживается иной точки зрения. Папа Франциск призвал разрешить конфликт в Сирии и Ираке мирным путем.
Несмотря на то, что пока непонятно, к чему приведут обновленные отношения двух ведущих церквей для христиан Сирии, католическая церковь высказалась в поддержку идеи о более тесном сотрудничестве. Однако подобные связи несут и определенные опасности. Проводя встречи с церковью, которая открыто поддерживает российскую стратегию в Сирии, Ватикан может косвенно подать сигнал о том, что он также одобряет действия России. «Меня радует, что папу Франциска волнует то, что происходит на Ближнем Востоке, но он выбрал весьма неудачный момент. Его действия явно легитимизируют то, что Путин делает в Сирии», - заявил Foreign Policy Фрэнк Синсин, директор Центра украинских исторических исследований Университета Альберта.
Пятничный диалог был также нацелен на минимизацию многолетнего противостояния двух церквей в Украине, где политические и религиозные разногласия нередко совпадают. Русская православная церковь рассматривает Украину в качестве важного православного плацдарма, так как в Украине находится около половины монастырей и приходов Русской православной церкви, и страна является площадкой для поддержания и расширения российского присутствия за рубежом. В то же время отношения с Украиной оказались осложнены продолжающейся войной. Близость Кирилла к Кремлю нанесла ущерб позициям Русской православной церкви в Украине. После Евромайдана большое число украинцев, которые были привержены Русской православной церкви, перешли в Украинскую православную церковь Киевского патриархата, игравшую важную роль во время протестов 2014 г. и свержения президента Януковича. В этих условиях большую важность для отношений Ватикана с Москвой приобрела 5-миллионна Украинская греко-католическая церковь. Несмотря на небольшую численность, Украинская греко-католическая церковь сыграла очень важную роль в политике: во времена Советского Союза церковь поддерживала диссидентов, а позже стала символом украинского национализма. В 2014 г. она поддержала протестующих украинцев.
Кирилл надеется использовать встречу с Франциском для укрепления влияния Русской православной церкви в христианском мире перед Съездом представителей православных церквей, который должен состояться в июне и стать первым за более чем 1000 лет. В православии Константинопольский патриарх остается «первым среди равных», при том, что около двух третей всех православных христиан – русские.
За исключением украинского вопроса, разногласия между католической и православной церквями носят по большей части культурный, литургический и теологический характер. При этом причины для проведения пятничной встречи были в основном политическими. Спустя тысячу лет после того, как церкви разошлись в разных направлениях, понтифики и патриархи все еще способны играть на мировой арене роль политических лидеров, пишет Foreign Policy .
Следующая
Предыдущая
