IsraLand ВКонтакте
"Это место – хорошая недвижимость, которую можно выгодно сдавать в аренду в лыжный сезон, а также летом. Это была хорошая покупка. Я планирую жить здесь в охотничий сезон", – писал Хемингуэй в 1960 году о доме, который купил в живописной Солнечной долине в Айдахо. Однако писатель бывал здесь нечасто, и прожил здесь только два последних года своей жизни. Больной, уверенный, что его преследуют федеральные налоговые власти, проходящий электрошоковую терапию в соседнем госпитале, в 1961 году Хемингуэй застрелился в этом доме.
Теперь соседи, живущие рядом с мемориальным домом в маленьком городе Кетчум, опасаются, что планы открыть его двери для посетителей привлекут множество туристов, которые нарушат их спокойствие и заполонят дороги. Соседи хотят выкупить этот дом, цена которого может составлять более 500 тыс. долларов, и перенести его в другое место.
Однако это предложение натолкнулось на протест Фонда сохранения дома Хемингуэя, в совете директоров которого заседают Том Хэнкс и правнучка писателя Мэриел Хемингуэй. В 1986 году вдова писателя Мэри завещала дом из бетона и дерева и 5 гектаров земли организации Nature Conservancy.
Внутри дома сохранена та же обстановка, что и при Хемингуэе. На столе перед окном, из которого открывается вид на долину, стоит печатная машинка. В спальне на стене висит голова газели, а в гостиной – два других трофея писателя, из Африки. На стене висит небольшая картина Пикассо – по словам Хемингуэя, подделка.
Однако само владение домом и расходы на его содержание, которые достигают 50 тыс. долларов в год, не слишком радуют Nature Conservancy. Чтобы избавиться от этого бремени, организация решила передать дом Фонду сохранения дома Хемингуэя, который намерен открыть его для туристов и превратить в библиотеку. Фонд также намерен собрать 500 тыс. долларов на реставрацию здания.
Но местные жители недовольны этим проектом. После того как здесь умер Хемингуэй, Кетчум стал популярным лыжным курортом. Цены на недвижимость исчисляются миллионами, и уже несколько домов было куплено выходцами из других городов.
Соседи дома Хемингуэя говорят, что они – владельцы дороги, и не намерены открывать ее для туристов, количество которых, как обещают, будет превышать 14 тыс. в год.
"И дело не в том, что кто-то не любит Хемингуэя, – говорит Джонатан Нили, сосед и владелец отеля в Майами. – Вопрос в том, что права на подъезд у нас, а не у них".
В 1968 году Мэри Хемингуэй удалось достичь соглашения с собственниками дороги, поскольку она узнала, что свободного доступа к основной трассе эта дорога не имеет. Однако соседи утверждают, что на туристов эта договоренность не распространяется. Они также утверждают, что вдова писателя не хотела открывать дом для посетителей.
Патрик Хемингуэй, сын писателя, соглашается с ними, указывая, что он предпочел бы, чтобы "дом списали, как старый боевой корабль". Настаивая на том, что дом вряд ли может стать подходящим мемориалом для его отца, он говорит: "Этот дом не отражает его жизни. Он ассоциируется с последним годом жизни Хемингуэя, полным отчаяния".
Nature Conservancy заявила, что в течение шести недель примет решение о том, кому достанется дом: соседям, которые готовы его выкупить, перенести в другое место и снова передать Nature Conservancy, или фонду.
Следующая
Предыдущая
