IsraLand ВКонтакте
Шестьдесят лет назад, в середине августа, страны Юго-восточной Азии праздновали освобождение от японских агрессоров. Тому, кто стал жертвой оккупации, вряд ли придет в голову идея увековечить память врага. Но именно это случилось на Филиппинах.
Памятник японскому летчику-смертнику поставлен на том самом месте, где родился «божественный ветер». Так переводится слово камикадзе. На поле за монументом уже не найти никаких следов взлетной полосы. Но именно отсюда поднялась в воздух первая эскадрилья людей-бомб.
В октябре 1944 года, когда союзникам оставалось совсем немного, чтобы отвоевать Филиппины, Япония решила взять не числом, а умением — умением умирать. Пилоты-самоубийцы выполнили задание.
Сейчас лица той первой пятерки можно увидеть в частном музее города Мабалакат. Владелец коллекции — филиппинский историк Дэниэл Дайзон — с детства буквально очарован этими летчиками, которые сознательно жертвовали собой ради того, чтобы нанеси максимальный урон противнику.
Дэниэл Дайзон, историк: «Трудно вообразить большую степень преданности, готовности выполнить приказ. Для меня это что-то немыслимое, но это было на самом деле и все это происходило здесь, у нас».
Музей, мемориал и стенды на улицах с указаниями на достопримечательности из истории камикадзе — все это появилось потому, что Дайзон смог убедить местные власти и местных бизнесменов в потенциальной выгоде своей затеи. Возможность привлечь богатых японских туристов показалась им заманчивой. А на случай протестов со стороны непонятливых соотечественников придумали хорошую версию.
Ги Хилберто, директор туристического бюро: «Мы их не прославляем. Мы поставили памятник, чтобы напомнить людям о войне как о страшном зле. Надо извлекать уроки из прошлого. Нельзя ненавидеть друг друга до конца жизни».
Бурных протестов, как ни странно, не последовало. Вокруг мемориала — тишина и покой. Муниципалитет выделяет средства на уход за территорией, и садовник Фаустино, который о японских агрессорах знает не понаслышке, выполняет свою работу со всем прилежанием.
Фаустино Арсео, садовник: «То, что было, не изменить, сколько ни возмущайся. И мне кажется, что злиться и плевать на памятник было бы неправильным».
В первоначальном проекте летчик-камикадзе должен был сжимать самурайский меч и опираться ногой на бомбу. Но от этих деталей избавились, и теперь это просто гордый бесстрашный войн перед полетом в один конец.
Читайте по теме:
Камикадзе, который остался жив
Следующая
Предыдущая
