IsraLand ВКонтакте
Президент Франции Жак Ширак заявил, что не видит большой угрозы безопасности миру от обладания Ираном одной - двумя ядерными бомбами. Однако если они будут использованы, скажем, против Израиля, Тегеран будет мгновенно разрушен. Подумав над своими словами сутки, Ширак попросил журналистов забыть о сказанном.
Как пишет газета The New York Times, журналистки которой Илэйн Сиолино и Катрин Беннгольд были среди участников встречи в понедельник, на которой Ширак сделал скандальные замечания, во вторник французский президент вновь вызвал в Елисейский дворец их и коллег из британской The International Herald Tribune и французского еженедельника Le Nouvel Observateur, и заявил, что зря сказал вышеизложенное: «Лучше бы мне было следить за сказанным, но я думал, что это все не для записи».
Газета объясняет, что сразу не опубликовала сенсационные признания Ширака из-за соглашения об одновременной публикации интервью в трех изданиях: французский еженедельник появляется в продаже в четверг утром; теперь срок наступил.
Как пишет газета, первое интервью французский президент начал вполне в русле официальной французской политики, заявив, что отказ Тегерана прекратить обогащение урана «очень опасен». Однако мотивация Ширака оказалось не вполне обычной: «Я бы сказал, что опасна здесь не возможность обладания ядерной бомбой. Иметь одну или вторую - это не так ужасно. Опасно распространение (ядерных технологий). То есть если Иран продолжит двигаться в выбранном им направлении и полностью овладеет ядерной энергетикой, опасности в бомбе не будет, ей не будет применения».
По его словам, применение бомбы стало бы концом самого Ирана: «Куда он ее сбросит, эту бомбу? На Израиль? Да она 200 метров не пролетит, как Тегеран уже будет стерт с лица земли». В повторном интервью Ширак отказался от своих заявлений о Тегеране, однако подтвердил, что у «нескольких стран есть средства для уничтожения атомных бомб до того, как они достигнут цели».
В первом же интервью, Ширак продолжил, заявив, что в случае получения Ираном ядерного оружия, его примеру захотят последовать Египет и Саудовская Аравия. В повторном он сказал, что тут «меня занесло, потому что я думал, меня никто не записывает. Конечно, я отказываюсь от этих заявлений: ни Египет, ни Саудовская Аравия никогда не показывали малейшего желания» к ядерному оружию.
Завершил второе интервью 74-летний Ширак отрицанием своих заявлений о возможности ответного удара со стороны Тель-Авива: «Я не думаю, что вчера что-нибудь говорил об Израиле. Может быть, я и говорил, но я так не думаю, ничего такого припомнить не могу».
Корреспонденты The New York Times объясняют возможные противоречия Ширака его плохим состоянием в первом интервью. Иногда, отмечают Сиолино и Беннхольд, он путался и выглядел слегка потерянным, полагаясь на своих помощников при цитировании имен и дат, руки его тряслись. Они вспоминают, что когда разговор зашел об изменении климата, Ширак зачитал основные мысли, которые ему хотелось донести, с бумажки, текст на которой был напечатан крупным шрифтом, а отдельные места выделены желтым и розовым маркером. Во втором интервью Ширак был собран и предмет разговора казался знакомым ему.
Следующая
Предыдущая
