ISRALand в Facebook
Банкнота, которой расплатились с одним из наших сотрудников, - это не просто денежка. Это – документ, один из тех, которые историки числят в разряде свидетельств.
Итак. Подлинная десятирублевая купюра Банка России. На лицевой стороне, на левом купонном поле, в промежуток между эмблемой Банка России и индивидуальным номерным знаком купюры, втиснута отпечатанная на портативной пишущей машине надпись: "Россия без жидов". Точно такая же надпись отпечатана на левом купонном поле оборотной стороны. Особенности надписи: первый оттиск, не затертая интенсивной работой красящая лента, загрязнения литер "в", "е", "и", весьма незначительные дефекты литер "д" и "ж".
Об авторстве надписи и ее целях мы поговорим чуть позже. Сейчас рассмотрим вот какой вопрос. Является ли эта купюра платежеспособной? Она умеренно изношена, умеренно потерта, слабо загрязнена, имеет вверху небольшое, еле заметное отверстие, переходящее в надрыв, а также надорвана снизу, не имеет признаков погашения платежеспособности, подделки, переделки, надписи "ОБРАЗЕЦ" и прочих повреждений, делающих ее неплатежеспособной.
В Приложение 2 к Указанию Банка России "О внесении изменений и дополнений в Положение Банка России от 25 марта 1997 года № 56 "О порядке ведения кассовых операций в кредитных организациях на территории Российской Федерации" от 23.04.2001 г. № 960-У, вернее во 2 пункте указанного Приложения, имеется следующее разъяснение: "Все организации, предприятия и учреждения… обязаны принимать во все виды платежей… для зачисления на счета, во вклады, на аккредитивы и к обмену, а предприятия связи – для переводов: платежеспособные банкноты, в т.ч. имеющие незначительные повреждения: загрязненные, изношенные, надорванные, имеющие потертости, небольшие отверстия… посторонние надписи… (если они не препятствуют определению подлинности банкнот и не свидетельствуют об их погашении)…"
Таким образом, в соответствии с этим пунктом Приложения, десятирублевка, использованная для националистической пропаганды, считается банкнотой платежеспособной и подлежащей обороту… по крайней мере до тех пор, пока не попадет в какое-либо кредитное учреждение, ибо, согласно пункту 5 все того же Приложения, "все поступающие в кредитные организации денежные знаки с повреждениями, указанными в пп. 2-4, отсортировываются, в обращение не выпускаются и сдаются в учреждения Банка России".
То, что эта купюра равноправна всем прочим, подтвердили и в пресс-службе Центробанка: "С точки зрения Банка России, эти деньги платежеспособны". В то же время начальник пресс-службы Сбербанка России сообщил нам, что Сбербанком подобные купюры будут изыматься: "К сожалению, у нас в инструкции нет такой статьи, которая позволяла бы изымать из обращения деньги, содержащие некий националистический призыв, поэтому изымать мы их будем просто по причине преднамеренной порчи купюры". При этом ни в Центробанке, ни в Сбербанке никаких аналогичных случаев припомнить не смогли. Сие событие вызвало у служащих обоих учреждений скорее эмоциональную, нежели профессиональную реакцию. "Неприятно узнать о том, что есть люди, уже и деньги использующие как рекламный носитель, - сказали нам в Центробанке. – Видимо им недостаточно пройти по Тверской с транспарантами, от злости они еще и купюры для подобных надписей стали использовать".
Пообщавшись с финансистами, мы обратились в правоохранительные органы. Для начала в МВД, где ситуацию комментировать отказались, сославшись на ее беспрецедентность. Зато представитель пресс-службы ГУВД Москвы был гораздо более любезен и согласился просветить нас по некоторым вопросам. С точки зрения ГУВД, имеет место "обыкновенная хулиганская выходка", подобная разнообразным надписям на заборах и стенах города, автором который, без сомнения является "некое частное лицо", ибо, по словам представителя пресс-службы, широкомасштабная акция подобного рода была бы известна правоохранительным органам, а в то же время подобных случаев нигде больше не зафиксировано. Таким образом, назвать это "рекламной кампанией", с точки зрения ГУВД, нельзя. "По закону, такому нарушителю полагается, в том случае, если его поймали за руку, когда он это писал, 158 статья Административного кодекса – мелкое хулиганство, где все может ограничиться только штрафом".
Что ж, с юридической стороной вопроса, вроде бы, все ясно. Теперь разберемся, о чем действительно имеет смысл говорить в данном случае – о рекламной кампании или о хулиганстве, кому и зачем это нужно и к каким последствиям может привести.
Давайте трезво оценим перспективу такой рекламной акции. Понятно, что большое количество купюр подобным образом "скорректировать" в одиночку невозможно. Даже если человек разменяет на мелочь всю имеющуюся у него наличность, на проставление всяческих надписей у него уйдет довольно много времени. Печатать-то надо аккуратно и без помарок. Так что на данный момент этих купюр в лучшем случае десятки, а вероятнее всего – единицы.
Массовое распространение таких денег возможно только в том случае, если их изготовление и внедрение станет делом не единиц и даже не десятков, а сотен человек. Дело упирается в основном в вопрос реализации таких купюр. Если пускать их в обращение примитивно и без участия фантазии, то через несколько дней вычислить автора текста не составит никакого труда. Чтобы сохранить инкогнито, расплачиваться такими деньгами нужно в привокзальных ларьках, крупных универмагах, на рынках, в метро и на улицах, расположенных далеко от основного ежедневного маршрута. При этом среди купюр, предназначенных для единовременной уплаты, должна быть одна рекламная, в противном случае ушлый продавец немедленно заподозрит покупателя да еще, пожалуй, и посеет подозрение в свидетелях, устроив небольшой диалог ("А это что? Да на нескольких сразу! Мы такие деньги не берем. Знать не знаю никаких законов, в глаза их не видал").
Одним словом, это довольно длительный процесс – внедрение провокационных дензнаков в обращение. Еще более хлопотный, пожалуй, чем распространение листовок. Можно, конечно, просто раскидать такие деньги по улицам, но так и зубы на полку положить недолго. Это по силам разве что весьма серьезной и развитой организации с солидным бюджетом, но уж никак не отдельно взятым экстремистам.
Итак, сие произведение целиком на совести одного конкретного деятеля. В крайнем случае, маленькой группы конкретных деятелей. В миллиардах банкнот эта бумажка теряется, как вошь в тюке шерсти. И реальных дивидендов в качестве рекламы, конечно же, не приносит. Более того, столь наглый эпатаж способен не столько привлечь общество на сторону экстремиста, сколько оттолкнуть от него. Как вариант – рассмешить. Тем более, что, являясь по многим причинам раритетом, эти банкноты (особенно мелкие) не будут ни размениваться, ни использоваться в качестве платежного средства. Максимум, что их ждет, – это презентация друзьям и знакомым обладателя. А самые сознательные понесут обменивать их в Сбербанк, о намерениях которого на этот счет смотри выше. Таким образом, целью такой надписи может являться только осведомление граждан о существовании определенной позиции. С одинаковым успехом на дверь своей квартиры антисемит мог повесить табличку: "Здесь не любят жидов". На это смелости или фантазии, видимо, не хватило, зато пришла в голову мысль нагадить на банкноте. И получается, что в ГУВД рассудили абсолютно справедливо: мелкое хулиганство, статья 158.
И самое сложное во всей этой истории действительно заключается в практической невозможности привлечения автора надписи к уголовной ответственности даже по факту этого самого хулиганства (о таких серьезных вещах, как разжигание национальной розни или преднамеренной порче государственного имущества говорить всерьез по вышеизложенным причинам нерезонно). Действительно, иголку в стоге сена не отыщешь. Даже проведя тщательную экспертизу машинописного текста, можно определить в лучшем случае марку пишущей машины, год ее выпуска и дату изготовления надписи. Помочь в поиске экстремиста эти данные могут только в теории и "Записках о Шерлоке Холмсе". Да и цель – поймать хулигана – выглядит как-то убого на фоне средств, которые требуются для его поимки.
Следующая
Предыдущая
