Изменение курсов валют
Семеро палестинцев и один израильтянин погибли в четверг на Западном берегу реки Иордан. Война на "территориях" продолжается, и ей не видно конца. Правда, архитектор мирного процесса - бывший израильский министр Йоси БЕЙЛИН уверен, что рано или поздно мир придет на Ближний Восток. На днях он побывал в Москве в составе "Израильско-палестинского блока мира" и ответил на вопросы обозревателя "Известий" Владимира ДУНАЕВА.
- Министр иностранных дел Шимон Перес практически поддержал предложенный саудовским принцем Абдаллой мирный план, согласно которому Израиль в обмен на признание арабскими странами должен вернуться к границам 1967 года, оставив в том числе Восточный Иерусалим. Вам, архитектору мирных соглашений с палестинцами, наверное, предложение принца особенно близко?
- Я не могу сказать, что инициатива принца содержит что-то принципиально новое. Схема "мир в обмен на землю" на Ближнем Востоке уже давно опробована. Предложение принца в основном ориентировано на израильское общественное мнение. После вспышки насилия в регионе израильтяне стали сомневаться в самой возможности установления на Ближнем Востоке прочного мира. Но теперь о мире заговорили саудовцы, до сих пор занимавшие, пожалуй, самую непримиримую позицию по отношению к нам. И если Лига арабских государств поддержит эту инициативу, это сделает идею мира с арабами более привлекательной среди израильтян. Тогда нынешнее правительство Израиля под давлением общественности будет вынуждено возобновить переговоры с арабами.
- Вы действительно верите в то, что арабы готовы отказаться от идеи уничтожения Израиля и пойти на мир?
- Одна ласточка еще не делает весны. Арабский мир, увы, все еще испытывает враждебность к еврейскому государству. Но если удастся наладить диалог, эта враждебность постепенно сойдет на нет. На это, разумеется, уйдут годы. Но предложение саудовского принца свидетельствует, что отношение арабов к нам уже меняется.
- Израиль в последние годы уже делал серьезные территориальные уступки. Не считаете ли вы такую политику признаком слабости еврейского государства?
- Любую уступку можно считать как слабостью, так и силой. Но даже если это слабость, никому не запрещено стремиться к компромиссу.
- Вы лично готовы передать арабам часть Иерусалима?
- Я убежден: мира на Ближнем Востоке не будет, если арабская часть Иерусалима не станет столицей будущего палестинского государства. Арабские кварталы Иерусалима не должны находиться под юрисдикцией Израиля. Разговоры о "едином и неделимом" Иерусалиме абсолютно неоправданны. Пусть будет два Иерусалима - еврейский и арабский.
- Если бы была возможность вернуться в начало 90-х годов, к истокам мирного процесса, вы бы хотели поменять партнера по переговорам?
- Ясир Арафат последние 30 лет является лидером палестинского народа. Израильские политики, призывающие заменить Арафата, попросту не заинтересованы в мире.
- Почти сразу после подписания соглашений с ООП в 1993 году вы сказали: главным испытанием мирного договора станет испытание кровью. Мирные инициативы выдержали это испытание?
- К сожалению, нам так и не удалось избавить регион от насилия. Ситуация в 1993 году была настолько серьезной, что у нас не было другого выхода, как начать переговоры с палестинцами. Сейчас положение на "территориях" схоже с тем, что происходило 8 лет назад. Кто в этом виноват? Ответственность должны нести все - и палестинцы, и израильтяне, которые допустили ряд грубых нарушений прежних договоренностей.
- Как-то вы назвали нынешнего премьера Шарона "Нероном, играющим на скрипке и сжигающим себя и мир". Если бы во главе Израиля стал другой политик, вы думаете, в регионе стало бы спокойнее?
- Если бы на выборах победил Эхуд Барак, мы договорились бы с палестинцами. Шарон же не верит в саму возможность мира с арабами. В качестве главного условия возобновления переговоров Шарон называет временное прекращение огня.
- Но это - вполне справедливое требование, учитывая, что палестинцы постоянно совершают на территории Израиля теракты.
- Но в прошлом Израиль вел переговоры даже во время палестинских вооруженных выступлений. Шарон же своими условиями практически "обезопасил" себя от возобновления диалога с арабами.
- Однако Шарон пришел к власти во многом благодаря палестинскому восстанию, которое возглавил Ясир Арафат.
- В Израиле считали, что мирные соглашения с палестинцами могут предотвратить насилие. Однако ожидания не оправдались: интифада вспыхнула во время правления одного из самых умеренных и лояльных к арабам правительств. Избрание Шарона премьер-министром стало наказанием Арафату за то, что он предпочел путь насилия.
- Считаете ли вы террористами Ясира Арафата и его окружение?
- Я бы не хотел обсуждать терминологию. Террористы - люди, которые способны добиваться мира. Например, бывший премьер-министр Менахем Бегин - когда-то англичане считали его террористом, но в конце 70-х именно он подписал мирное соглашение с Египтом. И Арафат был главой террористической организации. Но однажды он понял: для него выгоднее заключить мир с Израилем, нежели продолжать борьбу. Любой из нас может стать террористом - при определенных обстоятельствах.
- В Израиле вас часто обвиняют в "непатриотизме", а порой и в "предательстве". Вы совсем не заботитесь о своей политической репутации?
- Национализм - убежище глупцов. Меня не пугают подобные обвинения. Когда хотят опорочить человека, на него вешают ярлык "предателя национальных интересов". Но я себя считаю патриотом Израиля. Я хочу мира для своей страны.
- В ваших планах примирения израильтян с арабами какое место занимает Россия?
- Россия традиционно имеет серьезное влияние на Ближнем Востоке. Однако я не думаю, что нам нужно заставлять Москву делать то, что не соответствует ее интересам.
Следующая
Предыдущая
