Изменение курсов валют
Предлагаем вашему вниманию фрагмент интервью, которое премьер-министр Израиля Биньямин Нетаниягу дал журналисту Давиду Бен Басату. Полностью интервью можно будет услышать в ближайшую пятницу, в 10-00, на волнах радиостанций «Лев а-Медина», «Радиус», а также в переводе на русский язык — на «Первом радио». Видеоверсия интервью будет демонстрироваться в тот же день, в 15-00 на 20-м канале ИТВ, повтор — в субботу, в 19.00.
- Нелегко вам в эти дни?
- Премьер-министр – не самая простая должность.
- Кто-то говорил, что премьер-министр Израиля – вообще, самый сложный пост в мире...
- Тут я с вами не спорю. Но занимать его — это еще и большая честь.
- Ваши сторонники говорят, что Ваша речь в Конгрессе, несколько дней назад, была одним из важнейших Ваших выступлений за всю карьеру. А противники утверждают, что Вы нанесли ущерб государству Израиль...
- Самый большой вред Израилю нанесет Иран, если получит ядерное оружие. Соглашение, которое готовится, даст Ирану возможность создать не одну бомбу, а целый ядерный арсенал. И это будет угрозой нашему существованию. Они получат инструмент для уничтожения нашего государства.
Поэтому моя первоочередная задача на посту премьер министра – использовать каждую возможность убедить мир остановить это соглашение. Кстати, оно несет опасность не только нам. Оно угрожает всему региону, многие арабские государства согласны с этим. И, безусловно, этот договор – опасность для всего мира.
Поэтому я выступил в Конгрессе. Очень может быть, что судьба этого соглашения будет решена в Конгрессе. Поэтому на мне, как на главе правительства, лежит ответственность отправиться туда и попытаться предотвратить то, что может стать угрозой для будущего нашей страны.
- Что Вы чувствовали, когда возражали президенту США, говоря ему, в сущности: «уважаемый, соглашение, которое вы предлагаете – плохое?» Разве это ответственно – задевать президента США?
- Это, безусловно, не делается походя. Я знаю содержание готовящегося договора в деталях, потому что слежу за иранской ядерной программой не один год. Эта угроза с каждым годом становится все более реальной. Я думаю, если бы мы не предпринимали ничего в этом направлении, Иран бы уже давно получил бомбу.
Но я вижу, что сейчас, несмотря на тяжелое экономическое положение из-за падения цен на нефть, им хотят сделать подарок. Я с большим уважением отношусь к президенту США, очень ценю наши крепкие отношения с США. И я уверен, что мы преодолеем эти разногласия, как это уже не раз бывало в прошлом. Вы знаете, мне обещали, что когда я приду в зал конгресса, он будет пуст, никто не придет, или мне объявят бойкот, будут выходить во время выступления...
- Это не произошло.
- Более того. Меня приняли очень тепло. Я был тронут, хотя хорошо знаком с американской учтивостью, но в тот момент воздух в зале Конгресса был наэлектризован симпатией. Не только ко мне лично, но и к нашей борьбе, к нашей стране. Они понимают - мы находимся на передовой западного мира, и нам угрожает исламский фундаментализм, который хочет уничтожить нас, чтобы потом приняться за Америку.
Сегодня, после того, как я объяснил, почему мы возражаем против уступок Ирану, я вижу, что эта тема поднялась на повестку дня, получила резонанс. Люди начинают спорить по поводу соглашения с Ираном. Если так – то это серьезное достижение. Я надеюсь, что решение в результате, будет в нашу пользу.
- Эхо вашего выступления, похоже, услышали и во Франции. Министр обороны французской республики заявил: составленное американцами соглашение с Ираном неприемлемо, и мы, возможно, выступим против.
- Я пока еще не видел официальной версии этого заявления, но если он так сказал, то это, безусловно, положительный знак.
- Вы разговариваете с президентом США?
- Да. Пару недель назад у нас была довольно длинная беседа по телефону. Полтора часа говорили про Иран.
- Керри несколько дней назад сказал, что у вас отличные отношения, вы регулярно обмениваетесь мнениями.
- Это действительно так.
- Бужи говорит, что он не стал бы выступать.
- В таком случае я считаю, что он не достоин поста руководителя государства. Я уверен, что Ципи и Бужи не устояли бы и минуты под международным давлением. Они согласились бы с фактом вооружения Ирана. Эта уступчивость была характерна для нашего народа в прошлом, когда нашу судьбу определял кто-то другой.
Мы соглашались с ужасными вещами, лишь бы не конфликтовать. Отец мой часто повторял слова Жаботинского: «тишина - это тина». Я не говорю, что во всем надо идти напролом. Есть компромиссы, и в международной политике, и во внутренней. Но по вопросам, определяющим нашу судьбу? Боже упаси! Прошли времена, когда мы со всем соглашались.
Следующая
Предыдущая
